Я кивнул, — Загляни в его сумку, Оллер, — добавил Дил и прошел мимо меня к сушилке, за которой лежало тело Бобби Бойкинса. Постояв несколько секунд, он присел на корточки в правой рукой коснулся лба Бобби, будто хотел убедиться, что у того нет лихорадки, — Что в сумке, Олли? — спросил он, не сводя глаз с трупа, — Деньги.

Дил встал и повернулся к своему напарнику.

— Сколько?

— Я их не считал, но, похоже, тысяч пятьдесят, — ответил Оллер. — А то и больше.

— Пересчитай, — Дил посмотрел на меня. — Девяносто тысяч, — я попытался облегчить его труд. Я уже начал опасаться, что серые глаза Дила пробуравят меня насквозь, когда Оллер оторвался от сумки. — Ровно девяносто тысяч, как он и говорил.

— Взгляни-ка за эту сушилку, — предложил Дил. — Ты не знаешь, кто это?

Оллер оставил сумку на стиральной машине и прошел мимо меня к сушилке.

— Запаковали его неплохо. Как новогоднюю индейку.

— Ты его знаешь?

— Первый раз вижу, — он подошел к Дилу и они принялись разглядывать меня.

При одинаковом росте, футов под шесть, Оллер был тяжелее фунтов на двадцать, большая часть которых приходилась на жир. Над его черными бегающими глазками нависали густые брови.

— Кто он такой? — Оллер кивнул в мою сторону.

— Не знаю, — пожал плечами Дил. — Наверное, он специально зашел в прачечную, чтобы найти тут труп и девяносто тысяч долларов.

— О'кей, мистер, — продолжил Оллер. — Как вас зовут?

— Филип Сент-Айвес.

— Где вы живете?

— Отель «Аделфи», восточная часть Сорок Шестой, — Вы знаете этого человека?

— Я знал его раньше. Не слишком хорошо, — Его имя?

— Бобби Бойкинс.

— Что он делал?

— Насколько мне известно, ушел на заслуженный отдых.